Тематический указатель

 

 

 

 

 

 

прот. Александр Мень

Анна Политковская

 

 

 

 

 

 

Митрополит Сурожский Антоний

Помогите спасти детей!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

tapirr на dreamwidth.org

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

священник Русской Православной Церкви Георгий Чистяков

Священник Георгий Чистяков

Проповеди

 

 

Рождество Богородицы

    

Начинается церковный год. Праздник Рождества Богородицы - 8 сентября по старому стилю, 21 сентября – по новому стилю - это первые дни нового года в церкви.

Первые дни нового года, которые мы унаследовали, конечно же, у Ветхого Завета, у евреев, у народа Божьего. Того нового года, с которого начиналось какое-то обновление жизни. И две тысячи лет назад, и три тысячи лет назад во времена великих пророков. Они жили давно, но их слова, сказанные двадцать пять, двадцать шесть, двадцать восемь веков назад, обращены и к нам с вами тоже.

Когда читаешь Исайю, то поражаешься, до какой степени современно то, что Бог говорит устами пророка. Особенно в тех местах, когда пророк говорит о том, как странно, что люди почитают Бога, устраивают праздники, приносят жертвы и в то же самое время их сердца, наши сердца, полны раздражения, непрощения, злобы и даже, как ни страшно произнести это слово, ненависти.

В этот день, сегодня, давайте подумаем о том, что Матерь Божия приносит в этот мир всем народам земли Священное Писание - Книгу, которая была сохранена в недрах истории одного маленького народа. Книга, которая была священной для одного из самых небольших народов земли, становится Книгой для всех – для всех континентов, для всех людей, разных, друг на друга не похожих. Библия, Священное Писание Ветхого Завета становится Книгой для всех.

Это тот момент, о котором вспоминаем мы ныне – Рождество Богородицы: Ветхий Завет даруется всем нам на пороге Нового Завета, на пороге прихода в мир Спасителя. А мы с вами очень часто об этом забываем и как будто не слышим пророков - продолжаем злиться, продолжаем раздражаться, продолжаем себя противопоставлять другим, продолжаем впадать в какие-то страхи и в какие-то другие нелепые совершенно состояния (потому что очень часто и мы с вами Бога почитаем при помощи каких-то ритуалов устами или действиями, но не сердцем, не в духе и истине, как скажет Христос; поклоняемся, но ищем какие-то внешние способы проявления нашего якобы поклонения).

Давайте подумаем об этом. Принесем сегодня Богу наши слабости, наше уныние, нашу раздражительность, наши страхи. Давайте подумаем о том, что абсолютно неправильно ограничивать как-то нашу жизнь вот этими небольшими проблемами. Да, конечно, очень часто и материальные проблемы, и проблемы взаимоотношения с родными и близкими и с друзьями, ссоры какие-то, обиды друг на друга заполняют нас всех, мы больше ни о чем думать не можем, кроме как об этих проблемах или об этих обидах. Да, кто-то из нас теряет работу и потом месяцами не может ее найти. Да, кто-то из нас упорно ссорится с близкими и друзьями. Да, кто-то кого-то предал, как нам кажется, очень часто ведь так бывает... И вот, мы на этом начинаем концентрироваться. А в это время тысячи людей погибают в течение нескольких минут. Давайте сравнивать одну беду и другую беду. И тогда мы поймем, что на самом деле наши малые беды – не для того, чтобы впадать в депрессию, а только для того, чтобы мобилизоваться.

Бог дает нам силы мобилизоваться, когда мы этого хотим. Когда мы просто, раскрыв сердце, просим, Он дает. Когда мы стараемся, Он всегда помогает. Поэтому давайте стараться и не унывать, и не отчаиваться.

 И давайте помнить о том, что все мы - такие разные, непохожие друг на друга, иногда чудовищно ссорящиеся друг с другом, иногда чудовищно обижающие друг друга, - на самом деле, одна семья Божия, что все мы от Адама и Евы.

Понятно, что сегодня ученые могут спорить, до какой степени библейский рассказ о Сотворении мира и человека соответствует данным науки. Да не о науке же рассказывает библейский сюжет этот! А о том главном, что есть в истории человечества, о том, к чему человечество должно стремиться. Библия – это не Британская энциклопедия, не словарь Брокгауза и Эфрона. Библия – это Книга, которая помогает в жизни находить дороги. Это, скорее, атлас автомобильных дорог, чем какая-то географическая энциклопедия. Атлас автомобильных дорог всегда указывает, как двигаться, чтобы не запутаться. Рассказ об Адаме и Еве – это и есть такой указатель на дороге, напоминающий о том, что все мы - сколько нас ни есть, где бы мы ни жили, как бы мы ни думали - одна семья, что внутренне мы все едины – как семья, происходящая от двух родителей, от двух супругов.

Давайте вспомним об этом и не будем идти путями зла, не будем идти путями ненависти, не будем идти путями этой злобы, которая на самом деле способна разрушить всё.

Вот, казалось бы, самое процветающее, самое благополучное место в мире – Манхеттен… Эти «близнецы», центр всемирной торговли. Казалось, нет ничего более благополучного, нет места, более надежного, более успешного. И они рушатся в какие-то два-три мгновения по мановению волшебной палочки людей, переполненных жаждой разрушать, убивать, устраивать кровопускание.

Давайте стараться ничем не походить на таких людей и поддерживать, поддерживать друг друга в самых разных ситуациях. Какие бы ни были ситуации, мы все-таки должны служить добру, а не злу. А если не получается, то как-то отходить, отдаляться друг от друга. Когда не получается любить, надо остановить себя на пути ненависти, отдалиться. Вот это уже первый шаг на той сложнейшей лесенке, которая нас ведет словами Спасителя к любви к врагам.

Давайте и об этом подумаем и помолимся, чтобы простил нас Господь, чтобы укрепил нас Господь, чтобы молитвами Пречистой Своей Матери дал нам Господь наш Иисус Христос силы любить и поддерживать друг друга, силы никогда не вступать на пути зла.

 

 

Проповедь в церкви Космы и Дамиана в Шубине, 21 сентября 2001 года

 

Введение во храм Пресвятой Богородицы

Проповедь 3 декабря 2000 года.

С праздничным днём поздравляю вас, дорогие братья и сестры, дорогие друзья! Да хранит, да укрепит, да благословит вас Господь!

Напоминаю вам, что завтра двунадесятый праздник – Введение во храм Пресвятой Богородицы, поэтому сегодня вечером будет совершено Всенощное бдение, а завтра в 9 часов утра одна Божественная литургия. Этот праздник в декабре, по-моему, последний из двунадесятых. Но зато сегодня вечером во время этой Всенощной в первый раз зазвучат рождественские ирмоса: «Христос рождается, славите! Христос с небес, срящите! Христос на земли, возноситеся! Пойте Господеви, вся земля, и веселием воспойте, людие, яко прославися!»

И дальше: «Прежде век от Отца рожденному нетленно Сыну, и в последняя от Девы воплощённому безсеменно»… и т. д.

Эти гимны, эти песнопения, которые восходят к творениям святых отцов IV-го века и составлены, в общем, во времена Иоанна Дамаскина из цитат, в основном, из древних церковных писателей, из отцов, повторяю, IV-го века. Эти рождественские песнопения как бы погружают нас в первые века христианства и атмосферу ожидания праздника Рождества, в атмосферу высокого радостного рождественского поста.

В отличие от трудного, напряжённого, в отличие от такого наполненного самоиспытанием и пустыней Великого поста, Рождественский пост удивительно светел и радостен, он окрашен в тона этого искрящегося на солнце снега – белоснежный, радостный, временами трудный, но трудный совершенно особенной, вот этой сверкающей, сияющей, радостной трудностью.

Знаете, вот зимние дни, которые тоже бывают иногда своим морозом трудны, они как-то по-особому сияют. Вот так же сияют дни Рождественского поста. И эти песнопения, которые мы услышим сегодня вечером, они как-то об этом особенно хорошо говорят. И они нас сопровождают, в сущности, весь Рождественский пост. Больше месяца, понимаете, они, в качестве катавасий, сопровождают каждое Всенощное бдение. Это тоже о чём-то говорит, об особых тонах этого поста-ожидания, поста-встречи, поста радостной подготовки к празднику Рождества Христова. В этом смысле хотя бы два слова нужно сказать о сегодняшнем Евангелии. Этот богатый человек в своих внутренних размышлениях обращается к собственной душе. Его молитва – это разговор человека с собственной душой. Надо сказать, что сохранились такие тексты из разговоров с собственной душой – из древнеегипетской, из вавилонской литературы. Вероятно, это типично для древнего философа – разговаривать с собственной душой. Но Христос нам показывает бесперспективность этого диалога. Диалог наш внутренний должен идти не с самим собою, а с Богом. Тогда у него, действительно, есть вот это открытое небо, если вернуться в декабрьский солнечный день. И вот ведь никогда не бывает, как зимой в солнечный день, распахнуто небо. И когда мы обращаемся к Богу, когда наш внутренний диалог становится таким вот, как он описан в книге «Подражание Христу», когда он становится таким, как он описан у Майстера Экхарта или у Петрарки, вот тогда, когда это диалог с Богом, тогда навстречу нам распахнуто небо. Как прямо говорит в начале Евангелия от Иоанна Иисус: «Отныне увидите небо отверстое и ангелов Божиих, восходящих и нисходящих до Сына Человеческого».

Так вот, когда это диалог с собственной душой, он может быть очень глубоким, он может быть очень серьёзным, он может быть очень правильным даже, но он будет бесконечно печальным и заводящим в тупик. И сегодняшнее краткое евангельское чтение как-то удивительно хорошо и как-то глубоко говорит об этом, дорогие братья и сестры. И будем стараться в наших молитвах и в наших размышлениях, в нашем внутреннем диалоге, который порою тоже бывает очень трудным, очень печальным, напряжённым, потому что жизнь вообще трудная, и в жизни много испытаний, и в жизни много таких проблем, которые вообще не решить никак, ни на исповеди, ни в молитве, никаким другим способом. Но если эти проблемы мы будем выплёскивать в диалог с самим собою, мы в тупике. Если эти проблемы мы будем выводить в диалог с Богом, как это делали великие мистики первых веков христианства, святые отцы, Григорий Назианзин в своих стихах, как это делал потом Фома Кемпийский или Франческо Петрарка, как это делал Майстер Экхарт, то это будет совсем другое дело, это будет диалог с Богом, диалог, когда, действительно, отверзается небо и когда, несмотря на обстоятельства, несмотря на то, что порою бывает не просто плохо, а очень плохо , всё равно это будет диалог удивительной внутренней радостности, которую, по рассказам очевидцев, скажем, переживал Лев Платонович Карсавин в последние месяцы, недели и дни своей жизни в Заполярье. Старый, бесконечно больной, умирающий человек, прекрасно осознававший, что он умрёт здесь, на тюремных нарах, он переживает Встречу с Богом. И этой радостью, и этой радостностью своею так щедро делился с людьми, что все, кто был там с Карсавиным, сумели потом этой радостностью поделиться с сотнями людей. И мы живём радостностью праведников и, в том числе, радостностью этого замечательного мыслителя Л. П. Карсавина. Потому что церковь, она всегда состоит из свидетельства, из труда, из боли и из радостности наших праведников, которые предварили нас в опыте сердца.

Ну вот что мне хотелось сказать вам в заключение сегодняшней Обедни.

Бог да благословит и да хранит вас всех!    

 

Кончается двухтысячный год, и с этим годом кончается ХХ век и целое тысячелетие

Дорогие братья и сестры! Да хранит, да благословит, да укрепит вас Господь!

Кончается двухтысячный год, с этим годом кончается ХХ век и целое тысячелетие. Тут кто-то сказал: такое бывает раз в жизни. На самом деле, такое бывает раз, ну не знаю, в пятнадцать поколений. И представить это, конечно, себе очень трудно. Так или иначе, но мы находимся на каком-то историческом переломе. Представляете себе, что это всё-таки совершенно разные вещи: первое тысячелетие по Рождеству Христову, до тысячного года, и второе тысячелетие, XI-го, XII-го, XIII-го века и т. д. Это совершенно уже другая Европа. Одна Европа была Европой последних византийских императоров, и каких последних! Эпоха, в конце концов, Августа и Тиберия, эпоха Иисуса, а затем апостолов, эпоха Византийской империи, Карла Великого и т. д. Это одна Европа, один мир. И другой – это уже второе тысячелетие, эпоха Киевской Руси и Франциска Асизского, эпоха Куликовкской битвы, Данте, Петрарки, Боккаччо, итальянского Возрождения, и Андрея Рублева, и русского XVIII-го века, и Кафки, и Камю и т. д. Это всё тысячелетие впитало в себя, понимаете. И вдруг мы на следующем таком историческом переломе! Понятно, что одна эпоха другой сменяется не в какие-нибудь несколько минут, пока звон часов слышится. Ясно совершенно, что это не так. Но на самом деле, мне кажется, что это тоже очень важно, что Новый год люди встречают не в течение одной минуты, а он начинается где-то на Дальнем Востоке, а кончается на западе Америки. Это тоже целые сутки. И вот как сутки длится Новый год, как сутки слышится каждый час звон часов, и каждый час люди говорят: «С Новым годом!» в самый как бы момент наступления Нового года в течение целых суток, так же, наверное, в течение целого века, как минимум, длится этот переход от одной эпохи к другой. И, конечно, это очень условно, понимаете, когда мы говорим, что это наступает терциум миллениум, третье тысячелетие. Но, тем не менее, несмотря на то, что здесь огромная доля условного, всё-таки это так, всё-таки мы находимся на каком-то огромном историческом переломе. Какой он и что будет представлять собой третье тысячелетие, это, конечно, не нам оценивать. Это наши праправнуки только смогут сказать. Но, конечно, какие-то основы этого тысячелетия, которое наступает и уже почти наступило, безусловно, закладывать нам с вами.

Наверное, надо сказать о том, что, в общем, конечно, счастье, что мы вступаем в это тысячелетие. Земля, планета, которая в это тысячелетие вступает, имея с собой таких людей, на которых можно опереться, таких людей, как митрополит Антоний, таких людей, как Иоанн Павел II, хотя им трудно было, на самом деле очень трудно было дотянуть до этого исторического перелома. Но всё-таки они дотянули, и многие другие, из последних сил. Это как-то грустно очень, что ушёл, не дождавшись завершения тысячелетия, Д. С. Лихачёв, но он тоже дожил почти до его конца. И вот мне кажется, что они, на самом деле, граждане уже третьего тысячелетия, вот такого типа люди. Я как-то сказал, когда мне принесли фотографию митрополита Антония, что это безобразие, когда митрополит ходит в застиранном подряснике. А Ирина Арсеньевна, его секретарь, сказала: «И с пятнами!» Так она с гордостью прибавила: «И с пятнами!»

Так вот, понимаете, если есть среди нас такой человек, который в свои 86 лет продолжает пахать и трудиться и служит нам и Богу, на самом деле так вот, с такой степенью отдачи, с какой это делает митрополит Антоний, так просто, не разделяя людей на верующих и неверующих, на плохих и хороших, на близких и далеких, – это значит, что мы входим в третье тысячелетие с каким-то хорошим багажом. Конечно, мы во всех смыслах находимся на переломе: и в смысле политики, и в смысле литературы, и в смысле музыки, искусства, культуры и т. д. Но так вот когда задумываешься, то всё-таки много набрано за ХХ век. И вот такие представители ХХ-го века с нами проходят этот перелом. Поэтому давайте как-то особенно молиться об их здравии, особенно просить Бога о том, чтобы Он давал им силы, молиться о тех, с кем был связан ХХ век и это тысячелетие, о тех последних удивительных людях, которые как бы уходя благословили нас на то, чтобы мы перешагнули через этот порог. Потому что на самом деле их опыт, их труды, их сердца – это то, что мы несём с собой в третье тысячелетие, то, что, конечно,  огромная обязанность наша, передавать, передавать следующим поколениям, детям и внукам. Понимаете, мне кажется: это очень важно, чтобы наши дети, и наши внуки, и наши правнуки не ощущали тех людей, которые умерли, по разным причинам, год назад, или 10, или 20 лет назад, не ощущали их принадлежащими истории, чтобы они чувствовали их, как мы их чувствуем, своими современниками. Мне кажется, что это чрезвычайно важно, что это в высшей степени необходимо – вот эта живая преемственность. И вот церковь – это всегда пример именно живой преемственности, живой передачи традиций.

На днях мы, правда, бегло, но достаточно профессионально говорили о том, что, в общем-то, и какие-то элементы живого древнегреческого и живой латыни эпохи Горация и Вергилия до нас дошли именно через церковь. Потому что из поколения в поколение передаётся, скажем, искусство чтения на клиросе. Ему же учатся не по книгам. Вот это вот живое, что передаётся. Как живым совершенно образом передаётся опыт музыканта от поколения к поколению, так вот и опыт жизни в церкви тоже передаётся живым абсолютно путем – от человека к человеку. Не через книги, а именно через прикосновение живых рук, через какой-то живой контакт. И я думаю, что третье тысячелетие, если бы оно состоялось, оно должно вот именно эту живую передачу человеческого опыта от одного поколения к другому положить в основу своего бытия, в основу, если так можно выразиться, своей идеологии.

Вот все ищут сейчас, даже уже, кажется, перестали искать, может быть, нашли, новую идеологию. Очень хорошо на днях сказал об этом публично отец Александр Борисов, наш настоятель. Так вот, это на самом деле та новая идеология для третьего тысячелетия – это идеология такого живого человеческого контакта между людьми внутри одного поколения и через поколения. Вот то, что мы называем апостольской преемственностью, только не в узком смысле – рукоположения священников, а именно в смысле передачи традиций из рук в руки. Знаете, слово предание русское, оно немножко нехорошо звучит и, может быть, даже из-за Пушкина – преданья старины глубокой, то есть мы предания воспринимаем как что-то такое, что связано со стариной, не вполне достоверное, красивое, прекрасное, как «Руслан и Людмила». А на самом деле это же прекрасное слово – предание, то есть то, что передаётся из рук в руки; не то, что вычитывается из книг, не то, что изучается нами в университетах, а то, что передаётся из рук в руки, то, что абсолютно живо, что абсолютно аутентично тому биению сердец, которые бились когда-то: 100, 200, 1000 и более лет тому назад.

Мне кажется, что это очень важно – как-то пережить нам именно в духовном плане, в том религиозном плане пережить в эти дни, когда действительно мы вступили на какой-то рубеж. Вы знаете, когда переходишь, переваливаешь через Кавказский хребет, тоже есть такая, достаточно условная, точка, когда ты оказываешься на перевале. Она почти незаметна, но потом, через час, два, три, через день понимаешь, какое это было значимое событие, это мгновение, когда ты оказался на перевале.

Вот это мне хотелось сказать вам сегодня.

 

Рождество Христово

Пришедши в Вифлеем, волхвы нашли место, где лежал младенец Иисус на руках у Своей Матери. И вот, приближаются они к Младенцу и открывают свои сокровища и приносят дары: золото, ливан (или ладан) и смирну. И падают на колени перед Младенцем Иисусом, абсолютно еще беспомощным, новорожденным Младенцем, Которому каждый - не то что царь Ирод, каждый, самый простой человек - может нанести любой вред. Этот Младенец ничем не защищен. И в Этом Младенце являет нам Себя Сила Божия, являет нам Себя Бог, являет нам Себя Творец.

Он являет нам Себя совершенно беспомощным Младенцем, тем самым призывая нас всех беречь Его. Он, Бог, зовет нас защищать Его. Себя Самого защищать зовет нас Всевышний Создатель мира. И не случайно предъявляет Он нам Себя сегодня в виде этого Младенца - для того, чтобы сказать: вот, в мире много кто беспомощен, но я беспомощнее всех - и поэтому только вы, люди, только вы, кто верит в Бога, только вы, кто верит в Меня, только вы способны защитить Меня, только вы способны сделать так, чтобы та любовь, которая, в сущности, и делает нас людьми, царила между всеми.

Только вы можете сделать так, чтобы не обижали сироту, чтобы не обижали беспомощного и больного. Только вы можете сделать так, что к заключенным в тюрьму будут приходить и приносить что-то. Приносить в конце концов свет жизни, свет любви. Только вы можете сделать так, чтобы этот мир, такой огромный, такой пестрый, такой злобный... - чтобы этот мир не был адом.

Бог ставит нас перед лицом величайшей человеческой ответственности за все, что нас окружает. И очень важно понять, что день Рождества Христова – это день удивительной чести для нас, для каждого человека. И страшный день, потому что... вдруг мы окажемся недостойными? А вдруг мы не сумеем выполнить всего того, что ждет от нас Господь? Вот он голодный – накорми, вот он жаждущий – напои, если он наг – одень, если у него нет дома – приюти. А если этот человек в больнице или темнице – приюти его, навести его.

К этому всему нас зовет Господь, но неужели мы готовы? Нет, конечно. Мы только как-то вместе, взявшись за руки, можем что-то из всех этих заповедей выполнить, воплотить в жизнь, сделать реальным.

Вот о чем говорит нам Этот Младенец, лежащий в яслях для скота, Этот Младенец, над Которым склонилась Его трепетная Мать. К этому Он нас призывает.

И когда думаешь, братья и сестры, о тех добрых делах, которые все-таки удается сделать с вашим участием, с вашим очень ценным, очень большим и серьезным участием, то тогда понимаешь, что, наверное, каждый из нас поодиночке не готов, но вместе, поддерживая друг друга, на что-то мы способны.

Давайте стараться, братья и сестры, быть достойными этого избрания. Бог выбрал нас, людей, которые верят в Него, для того, чтобы вручить нам Себя Самого, яко беспомощного Младенца. Давайте постараемся принять Его на руки и быть хотя бы сколько-то достойными этого удивительного, этого прекрасного, этого неожиданного и не заслуженного нами признания.

Христос рождается от Девы, Он здесь, Он среди нас, Он с нами. И есть, и будет.

 

Проповедь в храме Космы и Дамиана в Шубине, 7 января 2003 года.

 

День Богоявления Христова

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Братья и сестры, наша исповедь – это всегда вопль к Богу о помощи. И прежде всего, исповедуясь, мы просим Бога помочь. Мы понимаем прекрасно, что без благодати Божией, без той силы, которую Бог дает и которую только Бог может дать, мы ничего не можем сделать. Мы прекрасно понимаем, что без Его Возлюбленного Сына мы тоже бессильны. Как Сам Иисус говорит в Евангелии от Иоанна: ибо без Меня вы не можете ничего делать. Вот это, наверное, очень важно понять, что главное – это та связь, которая возникает и поддерживается между нами и Богом. А связь эта возможна только в Иисусе. Поэтому так важно быть действительно Его учениками и держаться за нашего Господа и Учителя изо всех сил. Наша исповедь, повторяю, – это всегда вопль о помощи. И вот как слепой Вартимей в Евангелии кричит: «Иисусе, Сыне Давидов, помилуй меня! Помоги мне, поддержи меня, укрепи меня».

Мы часто просим, чтобы Бог решил какие-то наши проблемы. Но на самом деле, конечно, надо просить о другом. Надо просить, чтобы Бог укрепил нас, а уже укрепленные силой Божией, мы сами сможем справиться с теми проблемами, которые возникают в нашей жизни. Поэтому вот эта, наверное, должна быть главная наша молитва: «Господи, укрепи, Господи, сделай меня сильнее; сделай, Господи, так, чтобы в моей слабости совершалась Твоя сила, чтобы Ты дал мне силы, которыми бы я жил, потому что мои силы не могут ничего».

И вот эта связь с Богом во Христе Иисусе, эта связь с Богом через Христа, она полностью изменяет нашу жизнь и делает нас другими. Поэтому будем молиться о том, чтобы исповедь наша, она была прежде всего не каким-то самоанализом, а именно воплем о помощи. Потому что самоанализ – это очень важная и очень нужная вещь. И суд совести – это тоже очень серьезно, когда мы ставим себя на суд и судит нас собственная совесть. Но есть и другие вещи. И на исповеди важна прежде всего именно эта дорога, дорога для восстановления порванных между нами и Богом связей. И тайна покаяния – это таинство. И то, что происходит во время покаяния с человеком, нельзя описать в словах. Но суть этого таинства заключается в том, что восстанавливаются порванные связи между нами и Богом. И, конечно, очень хорошо, когда исповеди предшествует такой суд совести, о котором я только что упомянул. Но очень страшно, когда этим все и кончается. Потому что в исповеди важнее всего вот этот абсолютно нелогичный момент, когда Бог во Христе нисходит к нам и помогает нам восстановить связи, наши связи с Богом. И будем держаться за Бога изо всех сил, будем держаться за Христа и будем стараться жить по Евангелию и быть Его учениками. И тогда мы с вами тоже сподобимся того внутреннего обновления, внутреннего преображения, к которому зовет нас Господь наш Иисус Христос, когда говорит: покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное. 

Надо помнить, что покаяние – это глубочайшее внутреннее обновление человека, которое возможно только в Боге. И не будем сокращать покаяние до жалобы Богу на наши с вами грехи. Это только малая часть покаяния, эта жалоба, которую мы приносим Богу за наши грехи. А главное все-таки – восстановление связи между нами и Богом. И будем к этому изо всех сил стремиться. Аминь.

 

 

 

 

 

 

 

georgy-chistyakov.ru
Митрополит Сурожский Антоний
ЖЖ